Дорогие коллеги! Сердечно поздравляю вас с Днем российской науки!

8 февраля 1724 года (28 января по старому стилю) Указом правительствующего Сената по распоряжению Петра I в России была основана Академия наук. Символично, что именно в этот день вот уже почти пятнадцать лет отмечается праздник всей российской науки. Ведь именно Академия на протяжении своей богатейшей истории играла и продолжает играть исключительно важную роль в решении многих проблем национального уровня, создавая новые знания, укрепляя интеллектуальный фундамент нашей страны.

Уральская академическая ветвь является существенной частью этого фундамента, что ярко подтвердилось во время недавних юбилеев — 80-летия начала академических исследований на Урале, 25-летия УрО РАН, а также 20-летия Научного Демидовского фонда. Форум, посвященный знаменательным датам, собрал цвет научной общественности России, зарубежных гостей, приехавших отдать дань уважения уральским коллегам, поддержать их непростой и важный труд. Форум стал своеобразным подведением итогов восьмидесятилетнего пути и еще раз обозначил ориентиры на будущее. А в будущее, после значительных потерь тяжелейшего периода постсоветского переустройства страны мы смотрим с возрастающим оптимизмом, основанным прежде всего на том, что в наши ряды после длительного перерыва приходит все больше молодежи. Уже сегодня из трех тысяч исследователей Уральского отделения более тысячи моложе 35 лет, и этот показатель имеет тенденцию к улучшению. Только в 2012 году в Уральском отделении выдано более 200 сертификатов молодым ученым на жилье, у них хорошие перспективы — как профессиональные, так и социальные. В сочетании с опытом наставников, развивающих традиции ведущих научных школ, их энергия, увлеченность должны помочь в решении амбициозной задачи — достижения мирового уровня по ряду перспективных научных направлений. Этому же будут способствовать развитие региональных научных центров, открытие новых подразделений, укрепление связей с ведущими вузами и предприятиями региона.

Очень важно, что 2013 год объявлен в России и странах СНГ годом экологической культуры и охраны окружающей среды. Многие наши институты профессионально занимаются этими проблемами, и теперь есть серьезный повод, чтобы привлечь к ним самое широкое внимание. Кроме того, в 2013 году мы отмечаем 25-летие Института истории и археологии, Института философии и права, и, конечно, он пройдет в УрО РАН под знаком не только экологической, но и гуманитарной культуры. А самое главное для всех нас — продолжать сохранять и умножать среду интеллекта, культуру знаний и их практического применения. Уверен, что очередное, двадцатое по счету вручение общенациональной неправительственной научной Демидовской премии и приуроченные к нему «демидовские» дни в Екатеринбурге также внесут лепту в это благородное дело.

Еще раз с праздником, дорогие коллеги, всех вам благ, здоровья и новых открытий!

Председатель УрО РАН академик В. Н. ЧАРУШИН

Евгений Николаевич Аврорин — выдающийся специалист в области высоких плотностей энергии, один из разработчиков советского термоядерного оружия, то есть из тех, кто сыграл ключевую роль в реализации крупнейшего по масштабам проекта XX века — атомного. Уже в 1963 году за эти разработки ему была присуждена Ленинская премия, а в 1966 он стал Героем Социалистического Труда. Но в то время публично говорить о таких вещах категорически запрещалась, большинство научных работ по понятным причинам были засекречены, а с ними — и авторы. Вот почему только в 1987 году Евгений Николаевич, с 1985 по 2006 год научный руководитель, а теперь почетный научный руководитель Всероссийского научно-исследовательского института приборостроения (ныне РФЯЦ-ВНИИТФ, г. Снежинск), был избран членом-корреспондентом, а в 1992 — действительным членом Академии наук. С тех пор завеса секретности порядком развеялась, о наших ведущих атомщиках многое написано, рассказано, снято. И все же в их биографиях, научных и человеческих, белых пятен хватает — с точки зрения истории прошло слишком мало времени, чтобы их «закрыть». Причем, как ни странно, об их «мирных» достижениях говорится и пишется реже, чем о «военных», хотя это не менее важно. Нашу «демидовскую» беседу с Евгением Николаевичем мы постарались построить так, чтобы внести вклад в восполнение этого пробела.

— Уважаемый Евгений Николаевич, расскажите о вашем детстве, юности. Вы ведь выросли и начинали учиться в Ленинграде…

— По документам да, но в реальности только наполовину. Я родился в 1932 году, до войны мы жили в Ленинграде, но отец почти все время проводил в Заполярье, в Хибинах, в ботаническом саду, которым руководил и который теперь носит его имя. Мама была почвоведом, она тоже там работала, и каждое лето мы проводили за Полярным кругом, в городе Кировске Мурманской области. Потом началась война, эвакуация, прошедшая в сложных путешествиях. Сначала была Калининская область, дальше — Данилов в Ярославской области, где я пошел в школу, позже переехали в Сыктывкар, а в 43-м — снова в Мурманскую область, там и жили до окончания войны. Во время блокады в наш ленинградский дом попал снаряд, поэтому возвращаться особо было некуда. Моя старшая сестра Ирина, которой уже пришла пора учиться, поступила в Ленинградский университет, а я через три года стал студентом того же вуза.

— Но в документах значится, что вы окончили МГУ…

— Так и есть. Дело в том, что поступал я на отделение строения вещества, ориентированное на атомный проект, но через год начались какие-то пертурбации в высшем образовании, и его закрыли. Студентов стали перераспределять по разным подразделениям, а нашу группу, ни о чем особенно не спрашивая, перевели в университет в Харькове. Там я проучился полгода, и там мне не понравилось: откровенно говоря, слишком чувствовалась разница в уровне преподавания после хороших ленинградских лекторов. И я перебрался в МГУ. Неслучайно про свое образование я говорю, что, с учетом путешествий в эвакуации, прошел через семь школ и три университета.

Демидовский лауреат в номинации «химия» Илья Иосифович Моисеев широко известен в мировом научном сообществе как автор реакции, названной его именем. По словам его немецкого коллеги, академик Моисеев — человек, который первым «держал в руках» винилацетат, полученный из этилена. Нынешний лауреат — ведущий российский специалист в области координационной химии, кинетики и металлокомплексного катализа жидкофазных органических реакций, основатель первой в мире лаборатории металлокомплексного катализа в Институте общей и неорганической химии им. Н. С. Курнакова РАН.

Наша беседа с Ильей Иосифовичем состоялась в Отделении химии и наук о материалах РАН, в кабинете академика В. А. Тартаковского, также демидовского лауреата (1999), правда, в отсутствие хозяина. А ранее в этом кабинете работал лауреат Демидовской премии 2001 года академик В. А. Кабанов. Тем более логично было начать разговор с традиционного вопроса:

— Что означает для вас Демидовская премия?

— Я очень польщен тем, что стал лауреатом. Я глубоко уважаю всех своих предшест-венников-химиков, удостоенных этой награды, и, конечно, считаю очень почетным оказаться в одной компании с нынешними лауреатами — Евгением Николаевичем Аврориным и Евгением Максимовичем Примаковым. Одно из главных достоинств Демидовской премии заключается в том, что будущий лауреат не знает, кто его выдвинул и кто проголосовал за присуждение ему престижной награды. И я благодарен этим инкогнито за то, что вошел в демидовское сообщество.

— Каждый ученый рассказывает свою особенную историю зарождения любви к науке. У вас есть такая история?

— Любовь и химия связаны в моей жизни самым тесным образом, но об этом я скажу чуть позже. Сначала о том, как возник интерес к предмету. После войны, в 1945 году в мирную жизнь стали возвращаться люди, прошедшие фронт, суровые и принципиальные. Таким был мой школьный учитель химии Сергей Николаевич Успенский. До него оценки по химии у меня были хорошие, но на самом деле предмет я толком не знал и заслуживал двойки. Сергей Николаевич относился ко мне очень по-доброму, он превозмог себя и поставил «три», но и удовлетворительная оценка оказалась для меня в высшей степени оскорбительной. Я начал основательно учить химию, причем не только по учебникам. Была такая замечательная книжка Дж. Р. Партингтона «История химии». Я прочел ее от корки до корки. Вторым, кто привлек меня к химии, стал замечательный химик-органик Николай Алексеевич Преображенский. Он, кстати, синтезировал глазное лекарство «пилокарпин», очень популярное в те годы, когда я искал место для продолжения образования. В те времена по школам ходили университетские и институтские профессора и агитировали ребят заниматься наукой. Преображенский был одним из них, он захватывающе интересно рассказывал о своей специальности. И, наконец, мой будущий учитель в науке Яков Кивович Сыркин, я слушал его лекции в Доме ученых. Я тогда посещал самые разные лекции, например, лекции по логике Асмуса. Мне многое было интересно, шел интенсивный поиск призвания, но, послушав Сыркина, я понял, что физической химии я могу посвятить жизнь. Благодаря всему этому я поступил в Московский институт тонкой химической технологии (МИТХТ) им. М. В. Ломоносова.

О профессоре Я. К. Сыркине хочу сказать особо. Мой учитель был человеком очень нелегкой судьбы. Он заведовал кафедрой физической химии в МИТХТ им. М. В. Ломоносова, был членом-корреспондентом, а впоследствии был избран академиком АН СССР. На его лекции сходилась вся Москва — все скамейки и ступеньки огромной римской аудитории были заняты студентами, а на его кафедре царила атмосфера напряженного творческого поиска. Однако в течение многих лет Сыркину не давали аспирантов, видимо, подозревая в «неблагонадежности». Была в свое время дискуссия о философских «ошибках» химиков, связанных с теорией резонанса. Об идеологических гонениях химиков известно меньше, чем, например, о травле генетиков, тем не менее в 1950-е годы также прошли дискуссии в разных учреждениях об идеологических ошибках в химии, организованные по указанию ЦК КПСС. Идеологические ошибки тогдашние «философы» нашли в теории резонанса, согласно которой молекулярная структура любого соединения описывается не единственной возможной структурной формулой, а сочетанием (резонансом) всех альтернативных структур. Примером такого соединения может служить бензол — цикл, где чередуются двойные и одинарные связи. В результате резонанса разных структур получается энергетический эффект. «Философы» заявили, что недопустимо описывать молекулярное строение реально существующего соединения с помощью неких гипотетических, не существующих в действительности резонансных структур. В действительности речь шла лишь об одном из возможных методов расчета. Поскольку теория резонанса пришла к нам с Запада, Якова Кивовича как сторонника этой теории на одной из многочисленных «дискуссий» даже спросили: «Профессор Сыркин, кто стоит за вашей спиной? » Он обернулся и ответил: «Профессор такой-то». Яков Кивович помимо всего прочего был очень остроумным человеком.

А теперь о химии и любви. Абитуриенты, как правило, мало осведомлены о своей будущей специальности. Поступив в МИТХТ, я выбрал сначала неорганическую химию и учился в группе, которая готовила специалистов по технологии редких и рассеянных элементов. А потом встретил одну девушку, она была старше на год и делала курсовую по технологии основного органического синтеза. Я вместе с ней пропадал в ее лаборатории основного органического синтеза. Девушка была необыкновенно красивая, все в институте на нее заглядывались. Я, вероятно, был настойчивее и преданнее других, и в 1951 году Раиса Исааковна стала моей женой, мы и теперь вместе. Так что любовь сыграла решающую роль в выборе будущего научного направления.

…Кто такой Евгений Максимович Примаков, объяснять читателям не нужно, разве что самым молодым. Напомним все же, что Демидовский лауреат 2012 года — один из самых не только известных, но и самых уважаемых политиков, к которому с огромным почтением относится и большинство коллег, и россиян в целом. Один факт. Его отставка 12 мая 1999 года с поста председателя правительства РФ, где Примаков проработал всего несколько месяцев, была встречена населением резко негативно: 81 % опрошенных фондом «Общественное мнение» заявили, что ее не одобряют. При этом большинство выразили мнение, что правительству Примакова удалось добиться экономической и политической стабилизации в России. Эффективно решать самые головоломные государственные задачи (разумеется, в рамках «искусства возможного»), сохраняя достоинство и страны, и свое персональное, — так, похоже, можно определить политическое кредо Евгения Максимовича. Подтверждений тому множество. Вспомним хотя бы легендарный разворот его самолета над океаном по пути в США, когда в Вашингтоне приняли решение о бомбардировках Югославии. Бомбардировки не были сорваны, но отношение к ним и России, и Примакова лично навсегда осталось в истории. А прежде было его особое мнение, единственное в Политбюро ЦК КПСС, по поводу горбачевской антиалкогольной кампании, принесшей огромный урон здоровью населения и экономике страны; потом — отказ от генеральского звания при вступлении в должность зам. председателя КГБ СССР (мотивировка — невоенный не может быть генералом); в 2011 — добровольная отставка с поста президента Торгово-промышленной палаты России (причина — два срока на таком посту вполне достаточны). Перечень примеров можно продолжить.

Но Евгений Максимович еще и крупный публицист, глубокий ученый, за что, собственно, и удостоен научной Демидовской премии, конкретно — за выдающиеся достижения в области теории и практики международных отношений. Он автор множества научных публикаций, в том числе 11 монографий, переизданных на 14 языках, в разное время возглавлял Институт востоковедения и Институт мировой экономики и международных отношений (ИМЭМО) Академии наук, почетный доктор Дипломатической академии МИД. Кроме того, Примаков — лауреат национальной журналистской премии «Золотое перо России» за книги и статьи для широкого читателя, в которых увлекательно описаны страницы его богатейшей биографии, компактно и доступно изложены его взгляды на самые сложные проблемы мироустройства и обустройства России.

Сегодня Евгений Максимович продолжает активную научную, политическую и журналистскую работу. В 2012 году он избран председателем Совета директоров ОАО «РТИ», является руководителем Центра ситуационного анализа РАН, а также президентом, председателем правления дискуссионного «Меркурий-клуба». Его недавняя книга «Мысли вслух» (М. : «Российская газета», 2011), итог многолетних размышлений над «важными вопросами пережитого страной в XX веке и ее способности вписаться в реалии XXI столетия» (из предисловия), читается на одном дыхании. И тем не менее за кадром книг, выступлений человека такого опыта, мудрости и авторитета всегда остается много невысказанного и существенного. Мы искренне благодарны Евгению Максимовичу за «демидовское» интервью, которое он дал нам 14 декабря минувшего года в Московском центре международной торговли. Надеемся, что наши читатели — тоже.

22 января отметил 80-летие советник РАН, главный научный сотрудник ИММ УрО РАН им. Н. Н. Красовского, академик Иван Иванович Еремин.

Академик И. И. Еремин известен в нашей стране и за рубежом как ведущий специалист по теории и методам математического программирования и их приложениям в экономике, распознавании образов и управлении. Он — автор более чем 200 работ, среди которых 18 монографий. Его результаты в области теории линейной и выпуклой оптимизации общепризнаны, они во многом определили направление развития этого современного раздела исследования операций.

Иван Иванович Еремин внес фундаментальный вклад в развитие метода штрафных функций. Функции, использованные им при обосновании сводимости задач линейного и выпуклого программирования к эквивалентным задачам безусловной оптимизации, в настоящее время носят имя точных штрафных функций Еремина-Зангвилла.

Широко известны результаты И. И. Еремина в области нестационарных процессов оптимизации иерархических систем и итерационных методов решения задач математического программирования. Описанный им специальный класс квазинерастягивающих операторов, названных фейеровскими, лежит в основе обширного семейства одноименных итерационных алгоритмов решения систем линейных и выпуклых неравенств и оптимизационных задач, известных рядом важных с вычислительной точки зрения характеристик: устойчивостью к малым изменениям параметров задачи, простотой реализации и высоким внутренним параллелизмом.

Большую известность получили исследования академика Еремина в области анализа и оптимальной коррекции противоречивых задач выпуклой оптимизации. Введенное им понятие несобственной задачи математического программирования и развитая стройная теория исследования таких задач обусловили появление нового научного направления в современной теории оптимизации.

Академик И. И. Еремин всегда придавал первостепенное значение исследованию отношения двойственности, одной из основных фундаментальных компонент современной теории оптимизации. Им построена теория двойственности для несобственных задач линейного и выпуклого программирования, обоснованы схемы симметричной двойственности для лексикографических и Парето-последовательных задач линейной оптимизации, исследована двойственность дизъюнктивных задач кусочно-линейного программирования.

Иван Иванович Еремин — основатель и научный руководитель уральской научной школы математического программирования и распознавания образов, организатор отдела математического программирования Института математики и механики УрО РАН. Среди его учеников член-корреспондент РАН, 11 докторов и более 30 кандидатов наук. Академик И. И. Еремин — председатель Ассоциации математического программирования, член нескольких специализированных советов по защите диссертаций, редакционного совета журнала «Труды Института математики и механики», редакционных коллегий журналов «Известия вузов» и YuJOR. Долгие годы он возглавляет организационный комитет всероссийской конференции «Математическое программирование и приложения».

Указом Президента РФ от 07. 01. 2013 № 3 Французова Валентина Ивановна, кандидат физико-математических наук, ведущий научный сотрудник федерального государственного бюджетного учреждения науки Института экологических проблем Севера Уральского отделения Российской академии наук, за достигнутые трудовые успехи и многолетнюю плодотворную работу награждена медалью ордена «За заслуги перед Отечеством» II степени.

В Восточной Европе войны и вспышки эпидемий за последнее тысячелетие совпадают по времени с периодами похолоданий. Ульф Бюнтген с коллегами из Швейцарского федерального института исследования лесов, снегов и ландшафтов реконструировали историю изменения климата в этом регионе на основе анализа годичных колец деревьев и бревен из исторических зданий в северной части Словакии. Поскольку ширина годичных колец зависит от температуры окружающей среды в течение вегетационного периода, исследователи смогли составить карту изменений температуры с 1040 по 2011 год. Черная смерть в середине XIV века, Тридцатилетняя война в начале XVII века, вторжение Наполеона в Россию в начале XIX века и другие социальные потрясения произошли именно во время холодных периодов. Ученые предполагают, что некоторые из этих событий можно объяснить нехваткой продовольствия, возникающей из-за вымерзания посевов.

По материалам ScienceNews подготовил П. КИЕВ

Федеральное государственное бюджетное учреждение науки Институт клеточного и внутриклеточного симбиоза УрО РАН

объявляет конкурс на замещение вакантных должностей:

— заведующего лабораторией экологии микроорганизмов;

— ведущего научного сотрудника группы по изучению химических технологий;

— научного сотрудника лаборатории дисбиозов.

Срок подачи документов — два месяца со дня опубликования объявления (01 февраля). С победителями конкурса заключается срочный трудовой договор. Документы направлять по адресу: 460000, г. Оренбург, ул. Пионерская, 11.