Научный сотрудник сектора новых материалов и технологий Института машиноведения УрО РАН кандидат технических наук Денис Салихянов стал лауреатом премии губернатора Свердловской области для молодых ученых в области материаловедения и машиностроения за работу «Создание новых подходов мультимасштабного моделирования процессов соединения разных материалов пластической деформацией». В центре исследования — задача, которая на первый взгляд кажется почти механической: как добиться того, чтобы два разных металла образовали прочную и устойчивую связь и в готовом изделии работали как единое целое.
Композиционные материалы позволяют объединить в одной детали трудносочетаемые свойства, например, высокую прочность и коррозионную стойкость. Но для этого мало просто свести два материала вместе, необходимо также обеспечить надежную связь между ними.
— В одном материале трудно объединить несколько необходимых характеристик, так как улучшение одного свойства часто приводит к ухудшению другого. Композиты позволяют решить эту проблему. Однако важно, чтобы в готовой конструкции слои не расходились, а деталь работала как единое целое, — поясняет Денис Салихянов.
В своей работе ученый исследует алюминиевые сплавы АМг3 и Д16, соединяемые методом холодной прокатки, то есть без нагрева. Из них был получен трехслойный композиционный материал АМг3–Д16–АМг3.
Металлические листы лишь кажутся гладкими. На микроуровне поверхность представляет собой сложный рельеф из чередующихся выступов и впадин, а схватыванию металлов препятствует оксидная пленка. При пластической деформации она растрескивается, открывая участки «чистого металла».
— Металлы не обладают свойствами клея и сами по себе друг к другу не прилипают. Вначале соприкасаются вершины микронеровностей, поэтому фактическая площадь контакта составляет лишь долю от видимой. Для появления межатомной связи необходимо пройти несколько стадий: смятие микронеровностей, разрушение оксидного слоя, выдавливание и сведение чистых участков металлов в непосредственный контакт.
Здесь возникает противоречие. Чем больше деформация, тем благоприятнее условия для образования связи: растут площадь соприкосновения металлов и давление между ними. Однако чрезмерная деформация способна разрушить сам материал. Денис Ринатович называет это узким технологическим окном: оптимальный режим приходится искать между несколькими взаимоисключающими требованиями.
Одним из ключевых вопросов стало состояние контактирующих поверхностей. Теоретические модели обычно заметно упрощают их реальную геометрию, представляя в виде плоскостей. Денис Салихянов предложил учитывать шероховатость и напряжения, возникающие на микроуровне. Для разных партий образцов применялись разные способы подготовки поверхностей при одинаковых режимах прокатки. Результаты заметно различались даже при одной и той же большой деформации. Это показало, насколько важно состояние поверхности.
Перед прокаткой листы обезжиривают, затем обрабатывают проволочными щетками или шлифовальным оборудованием, собирают в пакет и обжимают на прокатном стане. При удачно подобранном технологическом режиме на выходе из валков получается композиционный лист. При неудачном слои расходятся, и соединение не образуется. Значение имеет множество факторов, включая время между подготовкой пакета и прокаткой.
— Очень важно неукоснительно соблюдать технологию. Можно подготовить пакет и прокатать его немедленно, а можно отложить, например, сходить на обед и прокатать после, и в этом случае надежного соединения между слоями уже может не получиться. Сразу после зачистки металлическая поверхность начинает вновь покрываться оксидами, причем сначала толщина оксидного слоя растет непрерывно. Поэтому любое нарушение технологического режима может привести к провалу.
Первые опыты Дениса Ринатовича как раз оказались неудачными.
— Первая партия была полностью провальной. Что бы я ни предпринимал, какие бы режимы и степени деформации ни пробовал, надежного соединения между металлами не получалось. Прокатанный пакет расслаивался на руках. После череды опытов постепенно начал замечать, какие условия дают больше шансов на успех, какие меньше, и интуитивно понял, в каком направлении двигаться. В науке важно продолжать попытки, пока не получишь либо положительный результат, либо убедительный отрицательный.
Экспериментальная часть стала для Дениса Ринатовича особенно важной еще и потому, что начинал он преимущественно с теории. Он окончил Уральский федеральный университет по кафедре обработки металлов давлением (Институт новых материалов и технологий) и к этой теме пришел вместе с научным руководителем дипломного проекта — старшим научным сотрудником лаборатории деформирования и разрушения Института машиноведения УрО РАН кандидатом технических наук Алексеем Ивановичем Потаповым. Первые исследования были связаны прежде всего с расчетами и компьютерным моделированием.
Позднее Алексей Потапов привел молодого ученого в Институт машиноведения УрО РАН, где уже был накоплен большой опыт создания композиционных материалов. Параллельно Денис Салихянов учился в аспирантуре под руководством профессора кафедры обработки металлов давлением УрФУ доктора технических наук Александра Александровича Богатова и занимался композиционными трубами для нефтедобычи. Основу таких труб составляла углеродистая сталь, покрытая изнутри тонким слоем коррозионно-стойкой стали. Это позволяло существенно снизить стоимость изделия и увеличить срок его службы.
Постепенно работа с научной литературой вывела Дениса Ринатовича на проблему, которая определила его дальнейшие интересы. В экспериментальных исследованиях учитывалось значительно больше факторов, чем в существующих теоретических моделях, а результаты разных научных коллективов, опубликованные в авторитетных журналах, порой прямо противоречили друг другу.
— В одних работах говорилось, что большая шероховатость улучшает сцепление металлов, в других приводился прямо противоположный результат. Стало понятно, что реальная картина гораздо сложнее, чем ее описывают известные теоретические модели. Мне стало интересно разобраться, как этот механизм работает на самом деле.
Существенную роль сыграли и наставники.
— Когда я только столкнулся с композитами, мне казалось, что это что-то совершенно уникальное и никто раньше подобного не делал. Потом выяснилось, что многие такие материалы успешно получают еще с 1960-х годов. Научный руководитель как раз помогает понять, что в науке уже известно и где действительно остается пространство для нового исследования. Так что, с одной стороны, я получил теоретическую подготовку, с другой — практическую.
Теперь обе линии сошлись в одном исследовании. Сначала формулируется гипотеза о механизме взаимодействия металлов, затем она проверяется в лаборатории, а полученные данные используются для компьютерного анализа.
В этом состоит смысл мультимасштабного подхода. Процесс рассматривается на разных уровнях: от поведения листовых заготовок в составе пакета при прокатке до взаимодействия отдельных микроучастков в зоне контакта. Главным итогом своей работы Денис Салихянов считает попытку прогнозировать вероятность схватывания металлов на основе их исходных свойств.
— Многие существующие модели работают постфактум. Сначала проводят эксперименты, получают соединение и уже после этого устанавливают зависимости его характеристик от исходных факторов. Я поставил более сложную задачу: научиться оценивать такую возможность без предварительных опытов на конкретных модельных материалах. В идеале нам нужны только исходные данные — пластические свойства самих металлов и их оксидных пленок, профили поверхностей. Используя эти данные при компьютерном мультимасштабном моделировании, можно оценить, какие режимы и условия деформации необходимы для образования соединения между металлами.
Полученный трехслойный алюминиевый композит служит прежде всего модельным объектом. Пока Дениса Ринатовича больше интересует фундаментальная сторона задачи. Следующий этап — проверка предложенного подхода на сочетаниях, с которыми работать значительно труднее, чем с двумя алюминиевыми сплавами. Один из вариантов — алюминий и титан. Их прочностные характеристики настолько различаются, что при одном и том же обжатии алюминий активно деформируется, тогда как титан почти не меняет форму.
— Казалось бы, разные алюминиевые сплавы должны соединяться сравнительно легко, но опыт показал, что и это достаточно сложная задача, особенно без нагрева. Теперь интересно двигаться дальше, к более трудносоединяемым материалам. Например, к алюминию и титану. Они сильно отличаются по прочностным характеристикам. При обжатии практически вся деформация приходится на алюминий, тогда как титан почти не деформируется. И мне интересно понять, какие условия все-таки позволят получить такое соединение.
Вадим МЕЛЬНИКОВ